Промышленная политика и цепочки поставок: механизм роста экспортной конкурентоспособности Китая

Изображение: Lifestylememory/Freepik

По мере расширения практики промышленного субсидирования под предлогом обеспечения экономической безопасности в глобальной экономической повестке усиливаются дискуссии о природе таких мер, являются ли они источником торговых искажений или, напротив, инструментом повышения конкурентоспособности. В данной статье THE TENGE рассматривает исследование Вэньиня Ченга, Дэвида Ляна, Бо Мэна и Хунъёна Чжана, в котором представлены новые эмпирические данные по Китаю. Результаты показывают, что эффект субсидий выходит за рамки поддержки отдельных компаний: государственная поддержка распространяется через внутренние производственные цепочки, стимулируя экспортную активность и способствуя повышению качества продукции.

На фоне возвращения промышленной политики в центр глобальной экономической стратегии усиливаются опасения относительно её последствий для международной торговли. Представитель США по торговле (2024) указывает на то, что китайские субсидии могут наносить ущерб зарубежным отраслям и противоречить нормам ВТО. В ответ китайские регуляторы подчёркивают легитимность подобных мер и их нейтральность с точки зрения рыночных искажений. При этом аналогичные инструменты активно внедряются и в развитых экономиках — от американского закона CHIPS and Science Act до европейских инициатив по формированию безуглеродной промышленности. В этих условиях ключевой вопрос формулируется следующим образом: способствуют ли промышленные субсидии росту международной конкурентоспособности и через какие каналы реализуется данный эффект?

Существующая академическая литература демонстрирует неоднозначные результаты. Так, Гирма и соавторы (2008) приходят к выводу о положительном влиянии производственных субсидий на экспорт китайских предприятий. В то же время Бернард и Йенсен (2004) не обнаруживают значимого эффекта от аналогичных мер в США на уровне фирм. Более поздние исследования Ротунно и Рута (2024) показывают, что внутренние субсидии, как правило, сопровождаются ростом как экспорта, так и импорта, однако данный результат частично обусловлен эффектом отбора: государственная поддержка чаще направляется в пользу уже конкурентоспособных и экспортно-ориентированных отраслей. При этом большинство работ сосредоточено на прямых получателях субсидий, тогда как влияние через производственные сети и цепочки поставок остаётся недостаточно изученным.

В исследовании Cheng et al. (2025) данный пробел восполняется за счёт анализа как прямых, так и косвенных (восходящих) эффектов промышленного субсидирования на экспортные показатели китайских компаний, что позволяет более полно оценить масштаб воздействия промышленной политики.

Динамика промышленных субсидий в Китае свидетельствует о существенном расширении государственной поддержки. Объёмы субсидирования, включающие прямые трансферты от центральных и местных органов власти предприятиям обрабатывающей промышленности, добывающего сектора, а также энергетики и коммунальной инфраструктуры, резко возросли после запуска программы «Сделано в Китае 2025» в 2015 году и обострения торговых противоречий с США в 2018 году. Параллельно с этим доля Китая в мировом экспорте увеличилась с 3,5 % в 1998 году до 14,6 % в 2022 году. Несмотря на то, что удельная стоимость китайского экспорта длительное время оставалась на уровне 40-60 % от среднемировых значений, одного лишь ценового фактора недостаточно для объяснения устойчивого роста экспортной доли. Более того, начиная с 2007 года наблюдается рост относительных экспортных цен Китая при продолжающемся расширении его присутствия на мировых рынках, что указывает на структурные сдвиги в качестве и конкурентоспособности продукции.

Рисунок 1. Рост промышленных субсидий и экспорта в Китае

Источник: составление авторов на основе Ежегодного обследования промышленных предприятий (ASIF), Национального бюро статистики (NBS), базы данных китайских компаний, котирующихся на бирже WIND, базы данных World Integrated Trade Solution (WITS) и базы данных Trade Unit Values (TUV), CEPII

Примечание. Субсидии указаны в миллиардах юаней. Субсидии представляют собой прямые государственные выплаты предприятиям обрабатывающей промышленности, горнодобывающей промышленности, а также электроэнергетической, водо- и газоснабжающей отраслей. Доля экспорта — это доля Китая в мировом экспорте. Относительная цена Китая — это удельная стоимость экспорта Китая, делённая на удельную стоимость экспорта остального мира (ROW). Удельная стоимость указана в долларах США/тонна.

Взгляд изнутри на цепочку создания стоимости

Производственные сети играют ключевую роль в формировании экономических результатов. Фирмы, как правило, не функционируют изолированно, а встроены в сложные системы внутренних поставок промежуточных ресурсов. В этой связи государственная поддержка предприятий, находящихся на более ранних стадиях цепочки создания стоимости, может оказывать мультипликативный эффект на компании нижестоящих звеньев. Такой эффект проявляется через снижение издержек на входящие ресурсы, повышение их качества, а также ослабление финансовых ограничений у поставщиков, что в совокупности улучшает производственные и экспортные показатели конечных производителей.

Теоретическая литература по производственным сетям указывает на то, что экономическая политика способна распространяться вдоль связей «затраты — выпуск», формируя каскадные эффекты в рамках всей цепочки. В частности, Лю (2019) показывает, что сокращение искажений на уровне предприятий-поставщиков может приводить к существенному росту совокупной эффективности экономики Китая. Вместе с тем, несмотря на развитую теоретическую базу, эмпирические исследования, непосредственно связывающие субсидирование предприятий верхних звеньев цепочки с экспортными результатами downstream-фирм, остаются ограниченными, что подчёркивает актуальность дальнейшего анализа данного канала воздействия.

Авторы формируют эмпирическую базу исследования за счёт интеграции трёх масштабных источников данных.

Во-первых, используется ежегодное обследование промышленных предприятий (ASIF), включающее более трёх миллионов наблюдений за период 1998-2013 гг. и содержащее детализированную информацию о производственных субсидиях на уровне фирм. Во-вторых, привлекаются данные китайской таможенной статистики на уровне отдельных транзакций в разрезе «фирма —продукт —страна назначения», что позволяет точно оценивать экспортную активность компаний. В-третьих, используются межпровинциальные таблицы межотраслевых связей с разбивкой по формам собственности, обеспечивающие возможность реконструкции производственных цепочек и оценки субсидирования на различных уровнях — как непосредственных поставщиков, так и более удалённых звеньев.

Ключевым методологическим нововведением исследования является переход от анализа прямых получателей субсидий к оценке косвенного воздействия через производственные сети. Вместо бинарного подхода, фиксирующего факт получения субсидии конкретной фирмой, авторы измеряют степень подверженности предприятия субсидированию со стороны его поставщиков промежуточных ресурсов. Такой подход позволяет количественно оценить, в какой мере государственная поддержка, сосредоточенная в upstream-сегментах, транслируется в производственные и экспортные результаты downstream-компаний, тем самым раскрывая сетевой характер промышленной политики.

Прямые субсидии: более эффективны на интенсивном уровне

В соответствии с результатами Гирмы и соавторов (2008), прямые субсидии оказывают статистически значимое и экономически ощутимое влияние на экспортные показатели предприятий. На микроуровне увеличение объёма прямых субсидий на одно стандартное отклонение повышает вероятность участия фирмы в экспортной деятельности примерно на 0,9 % (см. рис. 2). При этом аналогичное увеличение субсидирования приводит к росту стоимостного объёма экспорта примерно на 10 %.

Примечательно, что эффект субсидий выражен значительно сильнее на интенсивном уровне — через наращивание объёмов экспорта уже действующими экспортёрами, — чем на экстенсивном уровне, то есть через расширение числа фирм, выходящих на внешние рынки. Данная эмпирическая закономерность согласуется с теоретическими моделями, в частности с моделью Арколакиса (2010), предполагающей наличие возрастающих издержек проникновения на зарубежные рынки. В этом контексте субсидии выступают как инструмент смягчения финансовых ограничений, позволяя компаниям не столько преодолевать барьеры входа, сколько масштабировать уже существующие экспортные операции и усиливать своё присутствие на внешних рынках.

Рисунок 2. Влияние субсидий на долю экспорта и стоимость экспорта, %

Источник: CEPR

Примечание. На рисунке показано влияние прямых и косвенных субсидий на участие фирм в экспорте и экспортную стоимость. Оценки нормализованы, чтобы отразить влияние изменения прямых и косвенных субсидий на одно стандартное отклонение.

Субсидии на этапе добычи: эффект распространения по всей сети

Наиболее содержательный результат исследования связан с эффектами субсидирования предприятий, расположенных на более ранних стадиях производственной цепочки. Выявлено, что субсидии первого уровня — предоставляемые поставщикам промежуточных ресурсов — статистически значимо увеличивают как вероятность участия downstream-фирм в экспорте, так и объёмы их экспортных поставок (см. рис. 2). Несмотря на то что масштабы данного эффекта уступают воздействию прямых субсидий, его экономическая значимость остаётся высокой.

Принципиально важно, что влияние upstream-субсидий реализуется преимущественно через интенсивную составляющую экспорта. Иными словами, речь идёт не столько о вовлечении новых компаний в экспортную деятельность, сколько о расширении экспортных операций уже действующих экспортёров. Подобный результат указывает на то, что субсидирование поставщиков снижает издержки и/или повышает качество входящих ресурсов, тем самым усиливая конкурентные позиции downstream-фирм на внешних рынках.

Цена, качество и цена с поправкой на качество

Один из ключевых вопросов в рамках политических дискуссий заключается в том, сводится ли эффект субсидий к простому ценовому демпингу. Однако эмпирические результаты указывают на более сложный и структурно значимый механизм воздействия. Используя детализированные данные на уровне «фирма —продукт —страна назначения», а также показатели качества, построенные в соответствии с методологией Кханделвала (2010), авторы приходят к ряду принципиальных выводов.

Во-первых, как прямые субсидии, так и субсидии, предоставляемые на более ранних стадиях производственной цепочки, устойчиво ассоциируются с ростом предполагаемого качества экспортируемой продукции (см. рис. 3). Во-вторых, не обнаруживается систематического снижения экспортных цен вследствие субсидирования, что противоречит гипотезе о доминировании ценового демпинга. В-третьих, при корректировке цен на изменения в качестве наблюдается их снижение.

Таким образом, субсидии, по всей видимости, функционируют не как инструмент искусственного занижения цен, а как фактор, способствующий повышению качества продукции. Фирмы, получающие государственную поддержку напрямую или через субсидируемые промежуточные ресурсы, улучшают характеристики своей продукции, что позволяет им предлагать более конкурентоспособные товары. С учётом качественных улучшений эффективные цены снижаются, что отражает рост производительности и технологического уровня, а не искажение ценового механизма.

Рисунок 3. Влияние субсидий на экспортную цену, качество и цену с поправкой на качество, %

Источник: CEPR

Примечание. На рисунке показано влияние прямых и косвенных субсидий на экспортную цену, качество продукции и цену с поправкой на качество на уровне фирмы, продукции и страны назначения. Оценки нормализованы для отражения влияния изменения прямых и косвенных субсидий на одно стандартное отклонение.

Механизмы

Полученные результаты согласуются с более широкой эмпирической и теоретической литературой по промышленной политике и конкурентоспособности (Aghion et al., 2015; Kalouptsidi, 2018; Barwick et al., 2025). Они указывают на то, что эффект субсидий не ограничивается снижением предельных издержек, а во многом реализуется через стимулирование технологического развития и структурной модернизации производства.

В рамках анализа авторы выделяют два ключевых канала воздействия. Во-первых, прямые субсидии способствуют увеличению инвестиций в НИОКР на уровне предприятий, а также расширяют использование импортных промежуточных ресурсов, что в совокупности усиливает технологические возможности фирм и их способность производить более качественную продукцию. Во-вторых, субсидии, направленные на предприятия, расположенные на более ранних стадиях производственной цепочки, улучшают доступность и повышают качество отечественных промежуточных ресурсов. Это создаёт благоприятные условия для downstream-компаний, снижая ограничения со стороны предложения и способствуя росту их производительности и экспортного потенциала.

Последствия для политики

Из представленного анализа вытекают три ключевых вывода для текущих дискуссий о промышленной политике.

Во-первых, критическое значение приобретают цепочки создания стоимости. Подходы, ограничивающиеся оценкой только прямых получателей субсидий, с высокой вероятностью занижают совокупный эффект государственной поддержки. Существенная часть воздействия реализуется косвенно — через производственные связи и взаимодействие между фирмами на разных стадиях цепочки.

Во-вторых, наличие эффектов распространения существенно усложняет применение торговых контрмер. Традиционные инструменты политики, как правило, нацелены на конкретные компании или товарные позиции. Однако в условиях, когда искажения передаются по сетям «затраты —выпуск», идентификация первичного источника искажения становится значительно более сложной задачей, что снижает эффективность стандартных механизмов регулирования.

В-третьих, принципиальную роль играет фактор качества. Эмпирические данные свидетельствуют о том, что в Китае в период 1998-2013 гг. субсидии были связаны не только с ростом объёмов экспорта, но и с улучшением качественных характеристик продукции. Это указывает на структурный, а не исключительно ценовой характер конкурентных преимуществ.

В совокупности полученные результаты подтверждают, что промышленная политика вновь становится центральным элементом глобальной экономической стратегии. По мере того как страны наращивают субсидирование в целях обеспечения устойчивости цепочек поставок и достижения технологического лидерства, возрастает значимость понимания механизмов её воздействия в рамках производственных сетей. Китайский опыт демонстрирует, что субсидии способны распространяться вдоль внутренних цепочек создания стоимости, усиливая экспортные позиции и способствуя повышению качества продукции.