Платформы доставки и экономика преступности

Изображение: Kai Pilger/Pixabay

Платформы доставки еды могут снижать барьеры для выхода на легальный рынок труда для социально уязвимых групп населения. THE TENGE рассматривает исследование Хьюго Аллуара, Грации Чечере, Хосе де Соузы, Оливье Мари и Инес Пикар, в котором авторы показывают, что расширение доступа к легальному доходу способно снижать уровень преступности даже в том случае, если такая занятость остаётся временной, гибкой и относительно низкооплачиваемой.

В 2019 году газета The New York Times писала о курьерах доставки еды во Франции, среди которых было много молодых мигрантов. Для них платформенная занятость стала одной из немногих возможностей закрепиться на рынке труда. Один из курьеров отмечал, что работа на велосипеде, несмотря на нестабильные условия, была предпочтительнее более рискованных и нелегальных способов заработка. Данная логика соответствует классической экономике преступности: когда легальная работа становится доступнее, альтернативные издержки правонарушений возрастают.

В статье представлены причинно-следственные доказательства этой связи. Авторы используют поэтапный выход Deliveroo и Uber Eats на французские рынки в 2015-2019 годах, чтобы оценить влияние платформ на занятость и преступность. Особое внимание уделяется группам, которые чаще сталкиваются с барьерами при трудоустройстве: молодым мужчинам с низкой квалификацией, мигрантам, людям с незначительной судимостью и другим социально уязвимым категориям.

Платформенная занятость отличается гибким графиком и низкими требованиями к входу, поэтому она становится доступной для тех, кто часто исключён из традиционного рынка труда. Однако вывод исследования не сводится к тому, что временная и низкооплачиваемая работа сама по себе является решением. Цель политики должна заключаться в сочетании доступной занятости начального уровня с возможностями повышения квалификации, профессионального роста и перехода к более стабильной работе.

Почему подработка может снизить уровень преступности

Доступ к подработкам может снижать преступность через два основных экономических механизма. Первый связан с замещением дохода. В классической модели Беккера человек сопоставляет ожидаемую выгоду от преступления с возможным легальным заработком. Поэтому расширение доступа к работе, не требующей резюме, высокой квалификации или предыдущего опыта, повышает альтернативные издержки участия в преступной деятельности.

Этот механизм особенно важен для групп, которые сталкиваются с ограничениями на традиционном рынке труда из-за дискриминации, низкой квалификации или наличия судимости. В таких условиях платформенная занятость может стать доступным источником легального дохода и снизить стимулы к правонарушениям, прежде всего к преступлениям, связанным с извлечением материальной выгоды, включая мелкие кражи и участие в нелегальных рынках.

Второй механизм связан с использованием времени. Работа курьером часто приходится на вечерние часы и выходные дни, когда риск совершения правонарушений обычно выше. Время, занятое доставкой, сокращает вероятность нахождения в ситуациях, где может возникнуть преступное поведение. Даже нерегулярная и частичная занятость способна изменить структуру досуга и снизить вовлечённость в рискованные действия.

Важно, что оба механизма не требуют полноценного и стабильного трудоустройства. Даже гибкая работа по запросу может одновременно повысить привлекательность легального дохода и изменить распределение времени. Поэтому эффект платформенной занятости может проявляться не только в общем снижении преступности, но и в изменении её структуры: замещение дохода снижает число имущественных преступлений, а занятость времени — уровень вандализма и насилия

Французский естественный эксперимент

Франция предоставляет удобную основу для оценки причинно-следственной связи между выходом платформ доставки еды на рынок труда и изменением уровня преступности. Deliveroo и Uber Eats начали работу в стране в 2015 году и затем постепенно расширяли географию присутствия. Если в 2015 году платформы действовали в 11 полицейских округах, то в 2017 году уже в 39, а к 2019 году — в 233 округах.

Такое поэтапное расширение позволяет сравнивать территории, где платформы появились раньше, с районами, где они ещё не работали. При этом география запуска не была связана с уже существовавшими различиями в динамике преступности или безработицы, что даёт возможность точнее оценить влияние платформенной занятости на местные рынки труда и уровень правонарушений.

Рисунок 1. Внедрение платформы и работники службы доставки еды во Франции

а) Внедрение платформы по годам и юрисдикциям полиции, 2015-2019 гг.

б) Новые регистрации (сплошная красная линия) и активные пользователи (пунктирная синяя линия), 2012-2019 гг.

Источник: cepr.org
Примечание. На панели a показано поэтапное внедрение основных платформ доставки еды по всей Франции в период с 2015 по 2019 год, агрегированное на уровне полицейских округов. Красным цветом обозначен первый год работы платформы. На панели b показано ежегодное количество работников службы доставки еды. Пунктирная линия показывает количество новых регистраций (ежегодный приток новых зарегистрированных курьеров); сплошная линия показывает количество активных курьеров (микропредприятия с положительным заявленным оборотом хотя бы в одном из двух предыдущих лет). Вертикальная пунктирная линия отмечает начало работы платформы в 2015 году.

Как показано на рисунке 1, панель b, выход платформ на рынок быстро привёл к заметному росту числа курьеров. Количество активных работников увеличилось с почти нулевого уровня в 2014 году до примерно 120 тыс. человек к 2019 году.

Данные индивидуального уровня из публичных реестров предприятий позволяют подробнее описать профиль этих работников. В основном это молодые мужчины, около трети из них родились за пределами Франции, а среди родившихся во Франции почти половина имеет неевропейское по звучанию имя. Именно такие группы чаще сталкиваются с барьерами при трудоустройстве на традиционном рынке труда, поэтому платформенная занятость могла стать для них важным каналом доступа к легальному доходу.

Корректировки на рынке труда

Оценки авторов подтверждают, что выход платформ на рынок приводит к резкому росту регистрации курьеров. Почти весь прирост сосредоточен среди мужчин, после появления платформ число зарегистрированных курьеров увеличивается примерно на 62 человека на 10 тыс. мужчин. При этом мужчины иностранного происхождения реагируют на появление платформ почти в два раза сильнее, чем французы, что отражает более высокие барьеры, с которыми мигранты сталкиваются на традиционном рынке труда.

Подобная дифференциация важна для интерпретации результатов. Если платформенная занятость влияет на преступность через рынок труда, то наиболее заметный эффект должен проявляться именно среди групп, которые активнее используют этот канал занятости.

На совокупном уровне показатели безработицы и низкой экономической активности существенно не меняются после выхода платформ. Шок слишком локален, чтобы заметно повлиять на общенациональную статистику. Однако при рассмотрении отдельных групп эффект становится более выраженным. Безработица среди мужчин снижается примерно на 1,5 %, а среди мужчин-мигрантов уровень низкой активности падает почти на 9 %.

Данный результат указывает на то, что платформы вовлекают в занятость прежде всего тех, кто ранее находился вне активного рынка труда, а не только зарегистрированных безработных. Для многих мужчин-мигрантов работа курьером становится первым шагом к официальному заработку.

При этом исследование не выявляет вытеснения занятости из других низкооплачиваемых секторов. Число работников в ресторанах и супермаркетах не сокращается, что снижает опасения о том, что платформы лишь заменяют один вид нестабильной занятости другим.

Уровень преступности снижается — но только там, где это предсказывает теория

На рисунке 2 показано влияние выхода платформ на четыре категории преступлений. Характер изменений в целом соответствует двум теоретическим механизмам — замещению дохода и перераспределению времени.

После появления платформ общее число зарегистрированных преступлений сокращается примерно на 3 %, а насильственные преступления против личности — почти на 7 %. Наиболее заметное снижение наблюдается по вандализму и порче имущества, а также по преступлениям, связанным с наркотиками: в обоих случаях показатель уменьшается примерно на 15 %.

Снижение вандализма хорошо согласуется с механизмом перераспределения времени. Такие правонарушения чаще совершаются подростками и молодыми людьми и обычно концентрируются в вечерние часы и выходные дни — именно тогда, когда спрос на курьерскую доставку наиболее высок.

Сокращение преступлений, связанных с наркотиками, в большей степени отражает механизм замещения дохода. Работа на платформе предоставляет доступную легальную альтернативу мелкой нелегальной торговле для тех, кто сталкивается с барьерами при трудоустройстве в традиционном секторе.

Рисунок 2. Влияние входа на платформу на уровень преступности

Источник: cepr.org
Примечание. Оценка влияния входа на платформу на годовой уровень преступности в различных полицейских округах Франции на основе анализа событий для лиц в возрасте 15-54 лет. Вертикальная пунктирная линия обозначает год входа на платформу. Процентные изменения после входа показаны под каждой панелью. Полные технические подробности см. в работе Allouard et al. (2025).

Различия внутри имущественных преступлений дополнительно подтверждают эту логику. Преступления, не требующие высокой квалификации и сложного планирования, — например кражи в магазинах и уличные грабежи — сокращаются примерно на 10 %. Как правило, такие правонарушения чаще совершаются людьми без стабильного источника дохода, поэтому они сильнее реагируют на появление доступной легальной альтернативы.

При этом по более сложным имущественным преступлениям, таким как кражи со взломом и угоны автомобилей, заметного эффекта не наблюдается. Такие преступления обычно требуют опыта, связей и более высоких фиксированных затрат. Следовательно, доступ к платформенной занятости влияет прежде всего на поведение людей на периферии преступной деятельности, но не затрагивает профессиональную преступность.

Что исключает альтернативные объяснения?

Одно из возможных ограничений исследования связано с тем, что платформы выходят на рынок не случайно. Как правило, они выбирают районы с более крупным рынком, высокой плотностью населения и лучшей экономической динамикой. Поэтому снижение преступности после их появления теоретически могло быть связано не с платформенной занятостью, а с общим улучшением местной экономической ситуации.

Авторы учитывают этот риск. До выхода платформ динамика преступности и рынка труда в разных группах оставалась относительно стабильной, однако этого недостаточно, чтобы полностью исключить влияние локального экономического подъёма. Поэтому в исследовании используются дополнительные проверки.

Первая проверка основана на минимальном возрасте для работы курьером — 18 лет. Если преступность снижается именно благодаря доступу к платформенной занятости, эффект должен проявляться только среди тех, кто имеет право работать курьером. Более широкие экономические улучшения, напротив, должны были бы затронуть все возрастные группы. Анализ судебных данных показывает, что снижение преступности сосредоточено среди взрослых, тогда как среди несовершеннолетних заметного эффекта не наблюдается.

Вторая проверка исключает три крупнейших города — Париж, Марсель и Лион, но сохраняет их пригородные зоны, где проживает значительная часть курьеров. Результаты при этом остаются устойчивыми. В совокупности эти тесты усиливают вывод о том, что ключевым фактором стало именно расширение доступа к платформенной занятости.

Выводы исследования важны для дискуссии о регулировании платформенной работы. Они показывают, что доступ к легальному доходу для социально уязвимых групп может снижать преступность даже тогда, когда речь идёт о временной, гибкой и низкооплачиваемой занятости. Это особенно актуально на фоне принятой в 2024 году Директивы ЕС о платформенной работе, которая направлена на усиление защиты занятых в гибком секторе.

Стремление повысить стабильность такой занятости оправдано. Однако регулирование должно сохранить главное преимущество платформ для наиболее уязвимых работников — простой и недискриминационный вход на рынок труда: без сложного резюме, собеседований и языковых барьеров. Если новые правила резко повысят издержки отбора и проверки работников, платформы могут стать более избирательными и закрыть доступ именно для тех, кто больше всего нуждается в таком источнике дохода.

При этом остаётся открытым вопрос, является ли платформенная занятость полноценным трамплином к стабильной работе или лишь временным решением. Краткосрочные выгоды очевидны: она расширяет доступ к легальному доходу и снижает риски вовлечения в преступность. Однако первые данные показывают, что опыт контрактной работы приносит меньшие преимущества на рынке труда, чем традиционная занятость, и даёт ограниченные возможности карьерного продвижения, особенно для работников иммигрантского происхождения.

Поэтому задача политики должна заключаться не только в сохранении доступной занятости начального уровня, но и в создании возможностей для развития навыков, профессионального роста и перехода к более стабильной работе. Главный вопрос состоит в том, смогут ли платформы стать настоящим социальным лифтом, а не «вращающейся дверью» для уязвимых работников.